«Наверно при первых же выстрелах сделала лужу и забилась в какую-нибудь щель!» - неприязненно подумал командир соединения. По его глубокому мнению, женщинам на войне было вообще, не место.

Он переключил канал радиостанции и, нащупав болтающуюся на шнуре тангенту, нажал её.

- «Офис», я «Бабочка», приём! (Кто только придумывает эти дурацкие позывные?)

Повторив вызов пару раз, майор уже хотел вернуться на рабочий канал, как вдруг в наушниках прозвучал ответ. Но говорила не женщина, а мужской голос с ужасающим акцентом:

- Американцы, не стреляйте! Мы открыть все двери, заходите, только не стреляйте!

- Кто это? – несколько опешил майор.

- Это Константинидис Параскеви! Не стреляйте!

- Кто? А где женщина?

- Елена совсем с ума сошла! Дикий стала! Компьютеры разбивала! Кусаться! Мы её связать!

- Вы находитесь в реакторном цеху?

- Да! Цех! Да! Мы тут сидеть!

- Ладно, разберёмся! Тихо сидите, на улицу не суйтесь, – не слушая ответа, майор переключил канал.

Кажется, первой группе пора идти на посадку.

***

- Цели распределены! Готов открыть огонь! – доложил Павлу оператор комплекса ракетных установок «Самарочка».

- Огонь! – скомандовал Павел Васильевич.

Оператор нажал кнопку, и находящимся в вертолётах показалось, что остров взорвался. Укрытые в расселинах скал, кассетные ракетные установки, управляемые из единого центра, дали залп. Взвились в небо дымные трассы, прихотливо изгибаясь вслед за маневрирующими вертолётами, и вот уже три из них, объятые пламенем горящего топлива, устремились к земле. Четвёртый удерживался в воздухе ещё несколько секунд: виляя и оставляя за собой полосу дыма, он чиркнул о гору, недалеко от того места, где ещё чадили останки радиолокатора, перевернулся, попал в расщелину, где и остался. Нечленораздельный вой в наушниках майора, тем не менее, не смолкал ещё минуту. Похоже, пилоты вертолёта горели заживо.